17:19 

Расставание с детством.

Золотая Тварь
После возвращения с первой миссии, Ллане выделили комнату в жилом крыле Зала Сумерек. Теперь у нее появилась возможность исследовать территорию, чем она немедленно и воспользовалась. Разумеется, ни в какие важные места она попасть не могла, но принадлежность к организации позволяла ей бродить по комплексу. Пекарню, коптильню и кухню она определила по запаху еще в первый раз, а теперь гуляла по коридорам и садам, с восторгом осматриваясь.
Примечательная черта Зала Сумерек – это призрачная музыка, она звучит на галереях, открывающихся из центрального зала, и в коридорах, соединяющих его с другими зданиями. Под замысловатые, незабываемо прекрасные мелодии призрачных флейт в коридорах Зала танцевали искры света и, время от времени, настоящие музыкальные инструменты.

…А вторую миссию Ллана завалила с треском. Информатор, которого следовало расспросить, ничего не сказал, и сбежал, едва не убив ее. Вернувшись ни с чем, бард отчиталась и поплелась в свою комнату собирать вещи. Они сидела на полу возле седельных сумок, когда вошел Обслин.
- Собираешься?
- Угу, - Ллана вздохнула, стараясь сдержать слезы. – Я провалила миссию. Я недостойна быть Арфистом.
Обслин покивал.
- Ты строго себя судишь. Арфисты не скрывают своих промахов от коллег. Это одно из правил Ты честно рассказала о своих.
Девушка всхлипнула.
- Если хочешь уйти – иди. Это твой выбор.
- А он у меня есть? – бард с вызовом вскинула голову
- Выбор есть всегда, Ллана. И окончательное решение зависит от тебя - Он сел на кровать. – Все совершают ошибки. Это неизбежно, но относиться к ним можно по-разному. Можно бежать и прятаться и потом мучиться от чувства вины и сожалеть о несбывшимся. А можно принять заслуженное наказание, сделать выводы и работать дальше, совершенствовать умения и учитывать прошлый опыт.
- Арфисты не наказывают за провал миссии. Арфисты наказывают только предателей. Тот, кто слушает зов власти, перестает слышать светлую музыку Арфы. Арфиста, захватившего власть, и дорожащего ею превыше всего остального, ждет смерть.
- Твоя миссия была, несомненно, важна, но ее провал можно пережить. Первые задания все своего рода проверка. Важно твое желание сотрудничать, твоя верность делу, а не компетентность.
- Правда? – Лланины слезы высохли от добрых слов старого полурослика.
- Разумеется. Старайся, как можешь, что бы мы могли гордиться тобой. Стремись сократить расстояние между хорошими намерениями и хорошими результатами. Это приходит с опытом. В этот раз тебя подвел недостаток знаний, но его легко восполнить. Вытри слезы, я отведу тебя к тому, кто сможет тебе помочь.
Ллана кивнула и подошла к умывальнику. Плеснула в таз воды из кувшина и быстро привела в порядок лицо. Обслин вышел за дверь, дав ей время переодеться.
Через несколько минут бард шла за сенешалем по коридорам в сторону центрального зала.
Центральный зал был огромный. Овальный, без малого, тридцать метров в длину и почти пятнадцать в ширину, двухсветный. Веерный потолок поднимался метров на двадцать. Стрельчатые арки вели отсюда почти во все помещения Зала Сумерек. Между колоннами-деревьями, оплетенными множеством лиан, дрейфовали радужные сферы, излучавшие мягкий волшебный свет. Птицы, свившие гнезда в переплетениях стволов, свободно летали вокруг. Стены зала и светлых коридоров были украшены искусной резьбой. Эльфи, полуэльфы, люди полурослики, гномы и дварфы танцевали, отдыхали или музицировали среди пышной растительности.
Картины, статуи и удивительные иллюзии восхищали. Настроение молодой женщины поднялось. Всякий раз, оказываясь тут, она восторженно смотрела по сторонам. Бардесса улыбнулась. «Невозможно, чтоб созерцая эту красоту, обитатели Зала не были отзывчивыми. Прекрасное смягчает сердца»
Они прошли сквозь иллюзорную стену, призванную отгораживать внутренние помещения и вошли в малую библиотеку. У книжного шкафа, спиной к вошедшим, стоял черноволосый эльф. Острые кончики ушей не оставляли места сомнениям. Эльф обернулся, держа в руках книгу. Он был одет просто, но элегантно. Идеально. Ни одной выбившейся пряди из сложной прически, ни пятнышка на одеждах.
- Кого ты мне привел, Обслин? – Эльф окинул девушку взглядом и поджал губы. – Бард? Ты же знаешь, я учу магов. Чтобы заниматься Искусством, нужен структурированный ум, а у бардов каша в голове.
- Я знаю, Мириил. Девушке нужна помощь.
- Вижу.
Эльф оглядел Ллану еще раз.
- Ты умеешь читать? – обратился он к ней на своем языке.
- Я умею читать на всеобщем, - кивнула она.
- Твой эльфийский ужасен. – Закатил глаза эльф. – Стыдно. Хоть ты только на половину Teu’Tel’Quessir, не следует закрывать глаза на часть себя. Конечно, ни один эльф не примет тебя за чистокровную, но пред другими расами у тебя есть шанс сойти за эльфийку. Если потренируешься. – Он кивнул сенешалю, - Хорошо, я ее беру.
- Я не стану учить тебя азам магического искусства, этим ты займешься с кем-нибудь из вашей братии. Если будешь выполнять мои требования, научишься говорить, читать и писать на языке своих предков. А так же основам логики, истории и географии. – Он опять поджал губы. – И следи за собой. Собранность – основа. Нет порядка снаружи – не будет внутри.
Мастер Мириил оказался очень строгим учителем. Он никогда не говорил с Лланой на всеобщем, жестко требовал выполнения заданий, за неряшливость в одежде выгонял с урока. Себе никогда не позволял появиться неопрятно одетым или растрепанным - его сложные прически из переплетенных косичек были всегда разные. Помимо прочего, неласковый мастер сумел заинтересовать ученицу древней историей, научил читать и писать на староэльфийском, а так же составлять документы и деловые письма, чтоб никто, кроме получателя не понял скрытого смысла.
Параллельно, Ллана изучала магию с другим учителем - бардом. Она научилась разбирать написанные заклинания и правильно воспроизводить жесты и слова. Но чаще ей приходилось перекладывать заклинания на музыку. Она научилась превращать заклинания в песни, это занимало уйму времени, но позволяло маскироваться. В результате, ее книга заклинаний больше походила на песенник, чем на уважающий себя спелбук. Вряд ли кто-то кроме барда, смог бы разобрать в нем хоть что-нибудь. Свои занятия вокалом и музыкой она тоже не бросала.
Три года в Зале Сумерек пролетели незаметно. Все вокруг стало родным и знакомым. Витражи на окнах, статуи в нишах коридоров. Барельефы на стенах – тронь фигурку музыканта или танцора голой рукой, и зазвучит музыка. Еда, которую все арфисты таскали с кухни – обедали, где захочется – в своей комнате или в саду. Волшебная лестница в большом зале – плавающие в воздухе ступени, без поддержки и перил – только на первый взгляд казавшаяся опасной. Она была окружена полем левитации, а предметы, упавшие с нее или балкона рядом, планировали на пол как перышко. Более удобного места, чтоб отнести наверх тарелку супа или бокал с вином не было.
Но всему приходит конец. И посиделкам в «Бегущем Олене», и тренировкам, и любимой игре на самую смешную позу в левитирования после падения с балкона. Пора было возвращаться домой.
На прощание Камилла, подруга и куратор, дала Ллане небольшой конверт из плотной бумаги.
- Ллана, ты агент Арфистов, любая твоя записка, попавшая в руки врагов, может поставить под удар наши планы. Все, что ты положишь в этот конверт, в тот же миг окажется у меня. – Она достала из ящика стола второй конверт. - Конверты могут передавать письма и мелкие вещи. Держи меня в курсе своих дел.
Женщины обнялись, улыбаясь сквозь слезы. Доведется ли еще встретиться? Жизнь Арфиста трудна и опасна, но в сердце всегда найдется место друзьям, как бы далеко они ни были.

@темы: Мой Фаэрун, Игры, Бардесса, AD&D

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Золотая Тварь в золотых листьях

главная